Очень приятно, Царь!

Почему "иностранные агенты" пытаются воспрепятствовать установлению Памятника Ивану Васильевичу "Грозному"?

Сразу надо оговориться, что самый просвещенный государь самого просвещенного, самого мощного и богатого государства в тогдашнем мире стал "Грозным" и "IV" с нечистой руки "отчима" российской истории, Карамзина. До этого он звался Иваном Васильевичем Первым, поскольку был Первым Белым Царем (i).

СПРАВКА. Полный церковно-славянский словарь Протоирея Г. Дьяченко. Репринтное воспроизведение издания 1900 г. стр. 800. "Белый царь – русский царь. Наименование России "Белою", а русского государя – "Белым царем" весьма древнее… Карамзин положительно утверждает, что великий князь Иоанн III первый назвал свои владения Россией Белою, т.е. великою или древнюю, по смыслу этого слова в языках восточных". Последнее объяснение странно. Зачем было Иоанну называть державу на восточный манер? Проще объяснить название "расовым признаком" цвета.(ii)

Благодарные потомки, конституционно-обязанные к почитанию Иоанна Васильевича "Грозного", если в чем и могут упрекнуть Царя, так это в излишней мягкости и непоследовательности (невольник чести!) его политики подавления сепаратизма "врагов народа" - прозападных аристократических кланов, мечтавших пановать на манер польской шляхты.(iii)

СПРАВКА. За время правления "Грозного" (50 лет) было казнено не более 5 тысяч человек.

Для сравнения, в Англии за первую половину 16 века только за бродяжничество повесили 70 тысяч. В Германии в 1525 году при подавлении крестьянского бунта уничтожили 100 тысяч человек.

Смертная казнь при Грозном полагалась за 6 видов преступлений: убийство, изнасилование, поджог жилого дома с людьми, ограбление храма, государственная измена, содомия, уличенных в которых сажали на кол.

Для сравнения. При "Тишайшем" казнили уже за 80 видов преступлений, при Петре - за 120, в том числе "за курение табаку (Уложение 1649 г.) или же медленность в почтовой гоньбе и порубка заповедного дуба (Законы Петра)".

"Демократы" всех оттенков и ориентаций, "элитарные патрицианские роды" ненавидели, ненавидят и будут ненавидеть "Грозного", как символ Русского Самодержавия (не в смысле цезаро-клерикализма, а в смысле исключительной самодостаточности).

Соборным выражением их отношения, сформулированному по известному "принципу достоверности чудовищной лжи" является "фундаментальный труд" Исабель де Мадариаги "Иван Грозный. Первый русский царь" (Серия "Загадочная Россия. Новый взгляд. Йельский университет. Опыт объективного исследования"). Ну кто бы сомневался в объективности! Вот и New York Review of Books не сомневается: "…Этот колоссальный труд озарен мудростью его автора… мудростью, достижению которой способствовали многие десятилетия, отданные делу изучения и осмысления места России в мировой истории…".

Лично мне из этого скопища мудрости особенно понравились две.

Мудрость № 1.

Указывая на то, что большинство историков исключает влияние на Ивана Васильевича царицы Марии, мудрец объясняет это мнение "следствием врожденной у русских неприязни к женщинам".

Отсюда совершенно логично проистекает

Мудрость № 2.

"Дискуссия о гомосексуальности Ивана не имеет смысла. Он был явно бисексуален, и нет ровно ничего необычного в том, что русских часто упрекали за их склонность к содомии".

Следует также отметить, что в детстве Ваня "бросал животных с высоких башен, наблюдая, как они разбиваются о землю". А когда подрос, естественно, начал убивать и убил собственного сына, что неопровержимо доказано картиной Репина Ильи Ефимовича.

Правда, относительно этого дегенеративного полотна существует версия, что первоначально "реалист-художник" замышлял иллюстрацию к "Тарасу Бульбе", но в отсутствие подходящей натуры получилось то, что получилось. Действительно, образ "Грозного" Репина выглядит автопортретически. В общем, произошло нечто подобное истории с Церетелевским Петром, который изначально был Колумбом.

Я, конечно, для некоторых открою Америку, когда скажу, что держава Ивана Васильевича не только была самой мощной и богатой, но и имела самое совершенное, не чета немытой Европе, законодательство, в том числе, и по части обеспечения прав человека. По "Судебнику" и традиции "та "азиатская деспотия"(iv), в виде которой нам рисовали Московскую Русь, имела свой Habeas corpus act (Закон о неприкосновенности личности) [введенный на 120 лет раньше английского!] (см., например, ст. 70 "Судебника"(v)) имела свое земское самоуправление и имела дело со свободным мужиком. Не с крепостным, и тем более, не с рабом. И если мужик был прикреплен к земле, то совершенно тем же порядком и в той же форме, в какой служилый слой был прикреплен к войне. Самоуправления, равному московскому, не имела тогда ни одна страна в мире" (И.Л.Солоневич. "Народная монархия").

"Ключевский пишет о "старинном праве управляемых жаловаться высшему начальству на незаконные действия подчиненных управителей" - "по окончании кормления обыватели, потерпевшие от произвола управителей, могли обычным гражданским порядком жаловаться на действия кормленщика", и "обвиняемый правитель… являлся простым гражданским ответчиком, обязанным вознаградить своих бывших подвластных за причинение им обиды… при этом кормленщик платил и судебные пени и протори… Истцы могли даже вызвать своего бывшего управителя на поединок… Это было приличие, охраняемое скандалом… судебная драка бывшего губернатора или его заместителя с наемным бойцом, выставленным людьми, которыми он недавно правил от имени верховной власти".

Я не предлагаю восстановить этот обычай буквально. Я предлагаю согласиться, что с его забвением много утрачено в этико-эстетическом плане…

Сказанного достаточно, чтобы убедиться, что "официальный" "Грозный" также похож на реального, как Петя Мамонов на Николая Черкасова…

Лунгину ночами уже мерещатся державные шаги бронзового Ивана и негромкий голос Скуратова-Бельского: "А тебе за сочинение – кол". И он как пушкинский Евгений, пострадавший от Медного всадника, рискует не проснуться в холодном поту.

(i) По поводу "Первого" это конечно же только "рабочая гипотеза".

(ii) Следует напомнить, что слово "Русь" издревле писалось через "оук" и произносилось скорее как "Рось". Устойчивая деформация "о" в "у" вероятно отражает и генетические мутации "русоговорящих". Тем не менее, есть основания считать, что слово "Русь" в определенном смысле также означает "белое, светлое". Это мнение разделяет даже автор "официального" учебника "Истории отечественного государства и права" доктор исторических наук Б.Н.Земцов, правда почему-то со ссылкой на древнеиранский. "Скорее всего, термин "русь" восходит к древне-иранскому "aurusa" - белый". (История отечественного государства и права: учеб. Пособие /Б.Н.Земцов – М.: Норма, 2015 – стр. 27).Следует также отметить, что "Золотая" Орда, правопредшественница Московской Руси "на самом деле являлась Белой Ордой, московский царь, как преемник ханов этой Орды, теперь стал именоваться "белым царем" (Монголы и Русь/Г.В.Вернадский – М.: Ломоносовъ, 2016, стр. 415).

Если учесть, что слово "орда" одного корня со словом "порядок", интересное наименование периода "татаро-монгольского" владычества получается. "Белый Порядок". После реорганизации "Золотой Орды" Белый Порядок стал Белым Царством – Русью.

Еще одна цитата, раскрывающая суть взаимоотношений Руси и Орды и "форму" правления.

"Любопытные указания на думцев великого князя Василия Дмитриевича находим в грамоте Эдигея. Ордынский князь упрекает московского государя за то, что он перестал слушать "старцев старых"… Эдигей очень этим недоволен, он советует князю "тако не делать, молодых не слушать, а собрать старейших своих бояр: Илью Ивановича, Петра Константиновича и Ивана Микитича и иных многих старцов и с ними думать добрую думу" (Древности русского права/В.И.Сергеевич – М.: Зерцало, т. 2, стр. 301).

(iii) Грозный ликвидировал так называемые "тарханные грамоты", предоставляющие льготы и привилегии светским и церковным вельможам. Ограничил "свободу передвижений". "Отъезд" удельных князей и бояр в иные княжества в Москве рассматривался уже как государственная измена… Официально право "отъезда" было перечеркнуто в 1534 г., отныне в случае отъезда боярин лишался своей вотчины (стр. 68). (Б.Н. Земцов, там же).

(iv) "В царствовании Грозного дело шло об ограничении царя во всех отношениях. Он не мог ни управлять, ни судить, ни законодательствовать без своей думы…" (Древности русского права/В.И.Сергеевич – М.: Зерцало, т. 2, стр. 310).

(v) Статья 70 "вводит чрезвычайно важную норму, заключающуюся в том, что деятельности наместничьих и волостелиных людей становится под контроль: в городах – городовых прикащиков, дворского и старост с целовальниками, в волостях – старост и целовальников. Контроль этот заключался в обязательной явке наместничьими и волостелипными людьми городовым прикащикам, дворскому и старостам лиц, обвиняемых или осужденных по суду, подлежащих заключению и заковыванию в оковы, ввиду отсутствия по ним поруки. Нарушение этого порядка наместничьими и волостелиными людьми влекло за собой освобождение незаконно заключенного, а также наказание наместничьих и волостелиных людей. Самое замечательное при этом заключается в том, что, обязывая агентов наместничего управления явкой к городовым прикащикам и старостам, Судебник вместе с тем предоставляет последним и право отмены незаконных действий наместничих и волостелиных людей и их наказания по челобитным родственников потерпевшего" (И.И. Смирнов. Судебник 1550 г., стр. 291). Поскольку составитель Судебника считает нужным здесь ясно оговорить, что эти старосты и целовальники "в суде сидят", можно сказать, что статья 70 поднимает здесь вопрос о недопустимости ареста привлеченного к суду (до суда или после него) без постановления суда. (Судебники XV-XVI веков/Под общей редакцией Б.Д.Грекова. Издательство "Наука", стр. 270).

***

Знающих историю России хотя бы в пределах советского школьного курса не надо убеждать, что творческая интеллигенция в неоплатном долгу перед Иваном Васильевичем Грозным.

СДАВАЙ, СТРАНА ОГРОМНАЯ!

Приказ по армии искусств о всеобщей мобилизации денежных средств на постановку памятника Ивану Грозному в г. Александрове. Встань в ряды созидателей!

Как Ольгу некогда Евгений

Я Вас прошу, любезный друг,

Презентовать немного денег

На памятник, но не Петру.

И скульптора не Церетели,

Какой тут может быть Зураб!

Не все сгорели карусели,

И лучезарны вечера.

Пока не требует поэта

Постылой жизни мишура.

Наталья Павловна раздета…

Искрится белая икра.

О чем бишь я? Ах да, Ивану

Нам надо памятник воздвичь

Пускай пошарят по карманам

Всяк сущий ту́нгус и москвич.

Ведь тело жирное в утесах

Им не удастся утаить.

Всю жизнь прожить без членских взносов

Не может ни один пиит.

Не может ни один художник,

Что не внимал людской молве,

Вкусивши устриц и пирожных,

Уснуть спокойно в оливье.

Спроси Скуратова Малюту

Полушка живота цена.

Сдавайте, граждане, валюту!

Сегодня каждый меценат.

P.S. Лунгин (внести в Синодик)

Нам отписал, что денег нет,

Что не хватает на кино де…

Пояй игумену Козьме!

12 октября 2016 / ВИКТОР ВОЛХОВ
Александр Угланов

Новости